БВИ (bvi) wrote,
БВИ
bvi

Category:

Лем-Письма


Предлагаю вашему вниманию ещё одно письмо Лема:

Lem Stanisław. Listy albo opór materii. – Kraków: Wyd.
Literackie, 2002. – S. 97-101.


[Адресат неизвестен]

Краков, 16 ноября 1971


Дорогой Пан,

примите моё сочувствие в св[язи] с несчастным случаем. Если я правильно понимаю, выбрались Вы из этого – после долгих больничных возлежаний – целым умом и телом? И то хорошо. «Бессонница» [Под таким названием вышел в 1971 году сборник Лема, в который вошли: «Футурологический конгресс», «Не буду служить», «Ананке», «Слоёный пирог», «Блаженный» – БВИ.] как название относится скорее не к поре возникновения книги, сплю я не так уж плохо, а к состоянию, в которое могут ввести размышления о неожиданностях будущего. Что касается определения музыки, то: а) я в музыке не разбираюсь; б) главным недостатком Вашей идеи является её неустойчивость, потому что каким экспериментом можно было бы проверить, действительно ли музыка «поддерживает» в «переходе» от человека «естественного» к такому, который преображается в кого-то иного? Прошу заметить, кроме того, что такой тип мышления, пусть и широко распространённый, отмечен фатальной ошибкой, приводящей к импликации, якобы то, что, МОЖЕТ БЫТЬ, когда-нибудь будет, каким-то образом придаёт смысл, ценность тому, что теперь ЕСТЬ фактически. Эта импликация лежит в основе пагубных концепций, типа «посвятим живущее поколение добру будущих», или проявлялась в некоторых заключениях Маркса, типа, что «империализм действительно натворил в Индии много плохого, тем не менее, проникнув туда, уже тем, что свалил феодализм и установил капитализм, ПРИБЛИЗИЛ райское состояние социализма, ergo, в исторической перспективе это было ХОРОШО». Такое мышление, prima face, рационалистское, secunda face, просто бессмысленное, даже убийственное, поскольку таким способом можно в диахронии всё всем «оправдывать». Конечно, говоря о музыке, Вы не подразумевали такие аберрации, но направление обощения приближено к этому, отсюда и моё предостережение. Ведь автобус ни в каком смысле не является «вознаграждением» за то, что испытывали поколения, ходя пешком или передвигаясь на ослах, как не является вакцина «рекомпенсацией» за то, что веками раньше люди без эффективного лечения гибли от холеры и прочих тифов. Впрочем, возможно, я сел на слишком высокого коня.

Г. Клоппер не является моим porte parole [Глашатай; рупор (фр.)] в чистом виде, потому что культура кроме адаптационных исполняет и антиадаптационные функции, напр., взаимные самоистязания людей. Поэтому я не могу всерьёз считать себя приверженцем тезисов этого типа без существенных оговорок.

И далее я не согласен с Вами. Стрессы сегодня сильнейшие, дорогой Пан, побойтесь Бога, а во времена смертельных танцев, когда половина Европы была обречена на разные чёрные смерти, оспы, чумы, когда люди буквально сходили с ума, о чём свидетельствуют воспоминания тогдашних современников, стрессы были слабее, чем нынче? Представление, что мы живём в наипаскуднейшие из всех возможных времена, является заблуждением, фальсификацией перспективы по принципу «своя рубашка ближе к телу»... Причин пресыщенности, повышения порога восприимчивости к Произведениям – огромное количество, самых различных, и только разум всегда пытается поймать за хвост ту одну-единственную релевантную, словно других одновременно и быть не может. (Запад: рост предложения, чисто количественный потоп, обескураживающее обилие, взаимное гашение сосуществующих звёзд, слишком много мод, слишком быстрая их смена, падение нормативных эстетик трансцедентальной санкции, коммерциализация, прагматизация, падение цензурных барьеров и 100 других факторов. Восток: преобладание социотехнических методов полицейского, провокационного типа, манипуляция сознанием, падение веры в автономию высших и неинструментальных ценностей, знание о лёгкости слома суверенных качеств духа и опять 100 подобных.)

Тяжелее обстоит дело, когда Вы касаетесь вопроса якобы ультимативных ограничений гностики и онтичного горизонта. Способность вербального формулирования якобы – новых – истин и озарений, если такая имеется, разочаровывает при строгом самоанализе, поскольку богато одарённая интеллектуально личность поймёт в конце концов, что нет ограничителя её собственной продуктивности, что она могла бы бесконечно размножать различные альтернативные структуры, улавливающие и понимающие мир, – и что не может быть в их пределах иного критерия правды, кроме эмпиричного (таково моё маньяческое credo). Потому что окончательным мерилом определённой теории функций мозга будет лишь мозг, построенный на основе такой теории, а не только интерпретируемый схемами или толкованиями. Тогда, после изготовления, можно по крайней мере быть уверенным, что теория проверена предиктивно. Никто ничего более солидного ещё не придумал, но это касается только гностики. В онтологии вообще ничего доказательного не найдёшь.

Гений. Видите ли, в экспедиции моего Одиссея серьёзных мыслей, может быть, больше, чем в других частях «Абсолютной пустоты». [Речь идёт о рецензии на несуществующую книгу Куно Млатье «Одиссей из Итаки» в «Абсолютной пустоте».]

Гений является общественным, а не сингулярным фактом, подобно тому, как выстрел из пушки является результатом нескольких процессов, а не одним сингулярным процессом, при этом личность в этом образе следует сравнить с капсюлем. Ничем более, как капсюлем, гений быть не может. В этом смысле собственно гениальность является функцией темпа происходящих перемен и может быть определена дифференциалом: ибо в ситуации медленно протекающего развития (доктрин, систем, понятий, техник, знания и т.п.) ретардация распознания, а тем самым социальной амплификации и утилизации «гениальных» идей, не ликвидирует ценности таковых до нуля. Потому что и через двадцать, а то и через сорок лет после публикации «потенциально гениальной» работы, когда она наконец занимает высокое положение и облучает мозги, и создаёт новое направление, школу, какое-либо движение, происходит хоть и запоздавшее, но всё-таки эффективное распознание. А когда темп перемен возрастает так, что и за 15 лет идея не подхвачена одновременно с её появлением, не усилена обществом и попросту бесполезно состарилась, так как её шанс культурного расцвета угас безвозвратно, поскольку развитие уже проложило себе другое русло, тогда и гением вообще невозможно стать, разве что в исключительном случае. Кроме того, огромно влияние количества живущих... слишком большое количество возникающих одновременно оригинальных помыслов, приёмов, идей, образцов взаимно уничтожается, ликвидируется, поскольку нет условий для усиливающей кристаллизации, глубокой вспашки, разрастания мысленных молний в большие системы в любой области. (Это, опять же, не единственная причина, их гораздо больше.) Что касается машин, то я стал скептиком, – пока нам ещё далеко до по-настоящему разумных, а то, что машина может побить сильного шахматиста, несущественно, способность играть в шахматы не коррелируется положительно и чётко с исключительным интеллектом, скорее, это род узкого умения, вот, типа умения нумерологической акробатики гениальных счётчиков, которые могут быть чуть ли не идиотами, то есть акробатики и эквилибристики умственной, эквивалента ловкости циркачей. Наверняка когда-нибудь это изменится, но не следует принимать за чистую монету направленное в далекое будущее предвидение по отношению к сегодняшнему дню.

Аксиология и деонтология, дорогой Пан, по-видимому, не могут быть спасены специальной скорой помощью, составленной, например, из гуманистов, да и не о такой самаритянско-благотворительной акции идёт речь. Мне кажется, что всё-таки очень многое можно сделать, и многое бы делалось, если бы не толпы профессиональных преградителей и тормозов из полицейских кланов. Ибо разум, как и раньше, преследуем, часто неумышленно, то есть даже невпрямую, а косвенно, что бывает и результатом обычных политических конъюнктур. Не столько сама стрессовость времён приходит в столкновение с разумными намерениями, сколько, скорее, имеем времена внезапного вторжения различных информационных технологий, и то, что попадает на вход каналов связи, эти предпочтительные помёт, кич или враньё, вся эта дешёвка ревёт из гигантских громкоговорителей эпохи, атакует глаза, мозги, ликвидирует зародыши самостоятельного мышления, и это, по разным причинам, на Восходе и на Западе, получает вполне подобное в результативной параллельности развитие. Что здесь можно сделать? Я – не улучшатель-психопат, который носит за пазухой план спасения человечества. Могу, что делаю, а делаю аккурат то, что могу, знаю, удаётся, с переменным удовлетворением, но всегда с полной выкладкой, так, чтобы сделать как можно лучше, поскольку именно в качестве продукта нахожу награду для себя («добродетель – твоя награда» – это в данном случае хорошо соответствует). А поскольку патроны в моём магазине ещё не закончились, nil desperandum [Не стоит отчаиваться (лат.)], конечно, это личный девиз, для собственного употребления. Панацеи, к сожалению, у меня нет, образцов не знаю, рецептов не скрываю, потому что у меня их нет. А Вы, как мне видится, попали как бы в какую-то яму или депрессию. В принципе, то, что можно сделать интеллектом, зависит от оправы этого интеллекта, от состояния, капризов и настроения нашего духа – таков наш механизм. Неисследованный!

Благодарю за тёплые слова, желаю всего доброго и прошу написать мне, если что-то Вас духовно подвигнет – в декабре должны выйти мои новые «Звёздные дневники», которые рекомендую Вашему вниманию.

Станислав Лем
Subscribe

  • ПСС АБС - 29-й том

    В издательстве «Млечный Путь» вышел Двадцать девятый том (в двух книгах, но с общей нумерацией страниц) Собрания сочинений Аркадия и…

  • Экстелопедия

    Экстраполяционная Телеономическая Энциклопедия в отличие от традиционных энциклопедий, не успевающих за ускоряющимся развитием земной цивилизации,…

  • Высокий Замок

    Болгарское издание 1985 года иллюстрировал Петр Ангелов Терзиев.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments