БВИ (bvi) wrote,
БВИ
bvi

Categories:

Учителя - малограмотны, школяры - дики и буйны


Из оффлайн-интервью Бориса Стругацкого

       Дорогой Борис Натанович! Мне 19 лет. Я студент, программист. Нет слов, которыми можно описать мою благодарность Вам, за Ваши души, вложенные в произведения, за философию, за то, как Ваши книги, как добродушный Учитель, помогают людям. Знали б Вы, сколько раз я хотел написать Вам письмо, сколько раз писал, рвал, трусил, и в итоге не нашел сил отправить... но тут надо задать вопрос, ну что ж:
       Какими Вы видите нас? Если сравнивать советскую молодежь и нынешнюю, какие можно отметить положительные, отрицательные стороны образования?
              Михаил, Краснодар, Россия
       Признаться, я плохо знаю нынешнюю молодежь. Тинэйджеров не знаю совсем, студентов – мало, готов судить только об очень специфической социальной группе – об окололитературной молодежи. Но если собрать в кучку все, что дают мне СМИ, Интернет, современные романы-повести и то, что довелось увидеть мне собственными глазами, картина вырисовывается примерно такая. Нынешняя молодежь гораздо свободнее. Она не заморочена никакими «обязательными» идеями, она деидеологизирована, она никак не склонна строиться в колонны, чтобы достичь некоей заданной начальниками цели. Она избалована широчайшим ассортиментом доступных развлечений, совершенно неизвестых молодежи моего времени, и, видимо, поэтому она заметно меньше читает и очень неграмотно пишет. Состояние «без царя в голове» точно так же распространено сейчас среди молодых, как и в мое время. И, пожалуй, процент «деловых», точно знающих, на какой стороне у бутерброда масло, не вырос, но у таких сейчас несравненно больше возможностей развернуться, чем в наше время. А что касается образования, не могу не сказать, что в отличие от многих и многих, я вовсе не считаю, что в мое время образование было поставлено лучше. Наша школа всегда была ужасна. Учителя – малограмотны, методики убийственно скучны и неэффективны, школяры – дики, буйны и ненавидели ученье от всей души. По-моему, сегодня все обстоит в точности так же (если послушать несчастных родителей, которые сталкиваются со всеми этими обстоятельствами ежедневно).

       Уважаемый Борис Натанович!
       Скажите, как выглядел и на кого больше всего был похож Леонид Андреевич Горбовский?
       Я посмотрела «Мир Тишины» сейчас, да, Бордо, конечно, не Торжок, но Горбовский мне представляется именно как молодой Жак-Ив Кусто, таким красивым, худым океанологом, защитником природы...
              Александра Савицкая, Иерусалим, Израиль
       Больше всего Леонид Андреевич напоминает каменного идола с острова Рапа-Нуи. Он, действительно, худощав, глазные впадины у него глубоки, нос большой и вогнутый. Он никак не красавец, отнюдь, в отличие от Кусто, совсем не аристократичен, лицо у него скорее грубое, но всегда доброе, – лицо человека, который вас понимает и всегда готов помочь.

       Уважаемый Борис Натанович! В числе Ваших любимых книг – «1984» Оруэлла. Я также её люблю и считаю очень сильным романом и серьезным предостережением. Насколько я смог понять автора, в основе чудовищного мировоззрения и мироустройства 1984-го лежит искоренение в человеке стремления к самопознанию, познанию истины и их подмена т.н. «готовой, найденной, достигнутой, выстраданной» истиной – Доктриной, требующей полной самоотдачи, защиты от посягательств, постоянного подтверждения преданности. В этой связи, с Вашего позволения, у меня ряд вопросов.
       Как Вы считаете, насколько важнее для человеческого сообщества приверженность вмененным доктринам, нежели коллективное стремление и готовность к прогрессу и познанию в ущерб этим доктринам?
              Кирилл на ржавой "Мазде", Минск, Беларусь
       По-моему, «коллективное стремление и готовность к прогрессу» невозможно. Это дело сугубо индивидуальное, стремящихся к прогрессу коллективов не бывает. Но, конечно, без таких индивидуумов прогресс невозможен, а значит – застой, тупик, остановка. С другой стороны, «приверженность вмененным доктринам» – это, по сути, основа морали. Без такой приверженности человеческое сообщество превращается в стадо обезьян. И что «важнее», определить невозможно. «Оба важнее». Что важнее в автомашине: двигатель или колеса?

       Насколько реален прогресс (регресс) человечества по, может быть, неожиданному сценарию 1984-го года? Не сдетонирует ли существующая ныне безыдейность в такой вот извращенный идеализм? И абсолютно не важно, какая идеологема (социализм, либерализм, религиозный фундаментализм, национализм, интернационализм, фашизм, сионизм и т.д.) будет лежать в его основе. И речь вовсе не идет об общественном отуплении и оболванивании. Речь о том, возможно ли мобилизовать интеллектуальные, материальные и духовные ресурсы человечества, направив их в одном векторе – беззаветном служении Доктрине? И, наконец, может, не Полдень у человечества впереди, а сумерки в виде Олигархического Коллективизма – плохого быта, науки в ранге лакея, обслуживающего идеологию и войну, глобального противостояния (или его имитации), а также огромного человеческого счастья от ощущения «лица врага под сапогом»?
              Кирилл на ржавой "Мазде", Минск, Беларусь
       Слава богу, такой вариант представляется маловероятным. «1984» – это ведь тупик, остановка, топь. Никакая правящая элита не пожелает терпеть такое состояние сколь угодно долго – обязательно объявится свой Хрущев-Горбачев, возникнет шизофрения власти, и начнется перестройка. Тоталитарные системы неустойчивы: они не развиваются и не умеют совершенствовать себя в ответ на изменение внешних (да и внутренних) обстоятельств. Я еще надеюсь дожить до момента развала самой кристаллизированной тоталитарной системы современности – Северной Кореи. Куба и даже Китай уже дрогнули, уже норовят спасти себя ценой отказа (пусть сначала в малой степени) от тоталитарности. Эрозия тоталитарности – явление такое же естественное, как эрозия любой могучей скалы. Ох, уж эти «ветры перемен»!

       Уважаемый Борис Натанович, здравствуйте!
       В процессе написания курсовой работы по Вашему творчеству меня заинтересовал один частный вопрос, связанный с особенностью повествования в Вашей прозе. Интересно, что чаще всего повествователь у Вас, грубо говоря, сливается с героем, то есть, читателю дано видеть, чувствовать, знать только то, что видит etc. один данный конкретный герой. Автор (имеется в виду автор – творец текста, а не реальный человек) никогда не становится на внешнюю позицию по отношению к повествуемому, ничем не проявляет себя – как то: оценкой, отношением к героям и ситуации, изменением фразеологии... Что обусловило такую нарративную манеру? Ведь для русской классической литературы это не характерно. Нет ли здесь влияния западного модернизма, литературы потока сознания? Как сложилась такая техника у Вас с АН? Отдавали ли Вы себе отчет в ее выборе?
              Наталья, Санкт-Петербург, Россия
       Это, наверное, и есть то, что называется «авторская манера», «индивидуальный стиль». Откуда это все берется, не знаю. Вырабатывается с годами. Только почему это «не характерно» для русской литературы? По-моему, и Чехов так частенько писал, и Пушкин («Капитанская дочка», скажем). Это – выбор точки зрения. Либо читатель видит происходящее глазами автора, либо – глазами героя. Мы испробовали оба этих приема, и второй нам понравился больше. Почему? Не знаю. Может быть, уровень достоверности в этом случае выше?

       Здравствуйте, Борис Натанович! На Ваш взгляд, какова дальнейшая судьба Переца?
              Илья, Ковров, Россия
       Приспособится. Все приспосабливаются. «Когда ничего нельзя сделать, надо все видеть, все понимать, ничему не верить и ни с чем не соглашаться». Впрочем, сам Белинков не приспособился – бежал. Может быть, и Перец уедет на материк. Но ведь и там все то же.


Другие новые ответы БНС можно посмотреть на сайте АБС.
Tags: Оффлайн-интервью, Стругацкий Борис Натанович
Subscribe

  • Смелее любой фантазии

    Свой первый научно-фантастический роман "Астронавты" я писал в 1950 году, одиннадцать лет назад. Космические путешествия были тогда утопией, не…

  • Крыса в лабиринте

    Иллюстрация Ежи Скажиньского (1924-2004) в журнале "Пшекруй" (1966 год).

  • Звёздные дневники

    Вот так весело увидел Ийона Тихого венгерский художник Зольтан Зугор. Издание 1996 года.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments

  • Смелее любой фантазии

    Свой первый научно-фантастический роман "Астронавты" я писал в 1950 году, одиннадцать лет назад. Космические путешествия были тогда утопией, не…

  • Крыса в лабиринте

    Иллюстрация Ежи Скажиньского (1924-2004) в журнале "Пшекруй" (1966 год).

  • Звёздные дневники

    Вот так весело увидел Ийона Тихого венгерский художник Зольтан Зугор. Издание 1996 года.